Именины прозы. О новой книге священника Сергия Круглова

Перед нами — что-то вроде литературных зёрен, способных прорасти в большие тексты, повести, даже романы. Однако произрасти они могут уже на почве фантазии читателя. Если бы можно было положить прозу о. Круглова в шляпу волшебника, как в муми-троллях, оттуда выползли бы не отталкивающие кракозябры, как из бездушного словаря, а как раз большие литературные формы. Круглов-прозаик освещает короткими вспышками дагерротипную комнату фантазии, а потом словно еще несколько минут дописывает, уточняет, оживляет таящий на сетчатке образ.